theeasywayout

Именно эта книга должно была стать событием. Условно гей-роман, противоречивый, сложный; бездна черного юмора. Альтернатива «Маленькой жизни», видимо, из-за чересчур рискованной темы до сих пор не изданная у нас.

Steven Amsterdam

The Easy Way Out

Riverrun, 2016

Ближнее будущее. В США законодательно вступает в силу Мера 961 – медицинский акт, разрешающий самоубийство неизлечимо больного пациента. «Вспомогательное самоубийство» становится перспективным направлением в работе медицинских учреждений. При больницах и хосписах создаются особые палаты, где размещаются лишенные шансов на выживание пациенты. Специальный персонал проводит серию бесед с пациентом и родственниками, во время которых пациент окончательно должен решить, хочет ли он уйти из жизни быстро и безболезненно или хочет тянуть свои страдания. Все разговоры и встречи с пациентом и родственниками записываются и фиксируются: как для того, чтобы избежать дальнейших обвинений в случае каких-то разногласий с родственниками, так и для того, чтобы в следующий раз суметь «продать смерть» – знать, как убедительнее заставить умирающего умереть быстрее.

После серии бесед пациент подписывает согласие, назначает дату и время ухода из жизни, определяет, кто будет присутствовать во время последнего прощания, а потом под надзором медперсонала пациент должен сам выпить стакан жидкости, содержащей нембутал. После зафиксированной смерти медсестра или медбрат, ассистировавшая пациенту, и доктор с ведущим проекта просматривают записи, составляют отчеты и переходят к следующему пациенту.

Главный герой романа, Эван, как раз получает должность медбрата-ассистента, который должен «вести» пациента, а потом лично присутствовать на суициде. После того как одна из медсестер не выдержала нагрузки, ее место получает Эван, 30-с-чем-то-летний мужчина, чей отец покончил с собой, когда Эвану было 4, а мать Вив теперь с диагнозом болезнь Паркинсона находится в доме престарелых при одной из больниц. Отец Эвана не оставил предсмертной записки, выбрав для самоубийства не самый очевидный метод: он намеренно на машине въехал в ограждение. После смерти мужа Вив начала вести образ жизни дрифтеров-кочевников. С сыном они постоянно переезжали из города в город, Эван менял школы, не имел друзей, а Вив никогда не была прилежной и заботливой матерью, часто проводя время в казино у рулетки. За неоседлый образ жизни и отказ думать о будущем теперь расплачивается Эван, вынужденный погашать ипотеку на материнский дом, где он сам долгое время жил с матерью, и частично оплачивать медицинские расходы. Кроме матери в доме престарелых, у Эвана никого нет. Он иногда звонит какой-то дальней знакомой из прошлого, а в его романтической жизни есть гей-пара, Лон и Саймон, которые регулярно приглашают его к себе провести вечер с ними. Лон сам работает в одном из отделений больницы Уолли Вуд, знает, чем занимается Эван. И хотя отношения Эвана с Лоном и Саймоном чисто плотские, они очень заботятся о нем, оставляют ему ключ от их дома, разрешают жить у них:

«Without any more long looks or further discussion of plans that night, I participate in their mid-week sex (thirty minutes or less; no anal). My performance is appropriate for the occasion, neither extraordinary nor disappointing, and thus, a relief. Leo and Myrna only flicker through my mind briefly. After we’ve mopped up, my hosts easily drop off to sleep».

В начале книги Эван принимает участие в самоубийстве плотника Тедди, с которым прощаются его жена и четверо дочерей. Процедура затягивается из-за нерешительности родственников, а потом и сам Эван проливает полстакана с нембуталом, и процедура почти что прерывается. Тедди все-таки настаивает на скорейшей смерти, и на помощь Эвану приходит ведущая проекта Нетти, предлагающая новый стакан с необходимой жидкостью.

В начале рецензии я написал, что действие происходит в США. Если подумать, то местом действия можно считать и Австралию: на конкретную страну нет указателей, условная больница расположена где-то на побережье, что может означать как Австралию, так и западное побережье Штатов. Речь персонажей очищена от британизмов, что тоже добавляет неопределенности. Со временем та же проблема: номинально это близкое будущее, формально – наше время, особых отличий не сыскать. Да и само фантастическое допущение в виде Меры 961 не то что бы такое уж фантастическое: в четырех американских штатах «самоубийство с сопровождением» уже разрешено законом. Отличия с жизнью можно найти в том, что в романе процедура добровольного ухода из жизни в медицинских условиях практикуется уже несколько лет, не вызывает каких-то медийных споров, да и вообще, кажется, коммерциализирована и поставлена на поток. Отделение, где работает Эван, соблюдает все те же бюрократические правила и регламентации, что и любое другое отделение. И как в других отделениях пациента пытаются вылечить всеми возможными способами, так и в отделении смерти сотрудники прикладывают все усилия, чтобы убедить пациента в скорейшем уходе из жизни.

Тема романа, конечно, щекотливая. Амстердам, работающий медбратом в одной из австралийских клиник, знает медицинскую кухню изнутри. И к щекотливой теме смерти автор подходит с юмором (конечно, черным; но это не главный элемент). Роман многоплановый, не такой сложный по структуре, зато сложный именно в смысловом плане. По сути, герой романа проходит целую цепочку экзистенциальных моментов выбора. Каждое участие в смерти пациента заставляет его принять некий выбор. Это выбор не морального плана, хорошо помогать другому умирать или нет; это выбор себя, поиск понимания своей сущности. Каждая смерть в романе индивидуальна, особенна, требует каждый раз нового подхода, нового осмысления. Эван, уже решивший, что помогать уходить из жизни другим людям – его призвание, все равно каждый раз рефлексирует над собственным выбором.

Смерть в романе не идеализируется, наоборот – Амстердам развенчивает все иллюзии вокруг смерти, показывает бюрократизацию смерти, и только сам момент выбора между жизнью и смертью остается неподвластен внешним обстоятельствам.

Проводя рассказчика через цепочку самоубийств других (сначала в рамках клиники, потом в «уличных» условиях), Амстердам раскрывает сущность героя, его противоречивость. Он нашел себя в том, что его призвание – ассистировать смерти. Осуждает ли его кто-то? Нет. Осуждает ли он себя? Он сам не знает. Его отношения со смертью куда проще, чем с жизнью. Эван может помочь уйти человеку из жизни, но он стыдится материнской наготы, материнской любви, да и не только материнской: после слов «Я тебя люблю» одного из любовников Эвана герой теряется. Как его, практически убийцу, можно полюбить? И нужна ли ему любовь?

Амстердам уверенно крутит свой сюжет вперед. Роман читается быстро, он событиен, состоит из череды микроэпизодов и сцен. Всю метафизику автор прячет как раз между этих эпизодов, в отдельных фразах и предложениях. Амстердам как раз и не ищет легкого выхода в своем «The Easy Way Out»: это комплексная, многоуровневая, живая проза; богатая на элементы история, а не беллетризированное эссе на тему вспомогательного самоубийства.

Феноменально.

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s